Борис Лаврентьев

Предлагаю средство борьбы с московскими пробками: ПРИДУМЫВАТЬ ТОСТЫ).
Стоишь в глухом "потоке", и вместо раздражения или покорности, придумываешь тост - в честь конкретного человека. Представляешь пиршественный стол, гостей, а поскольку желают всегда хорошее и доброе, то    невольно поднимается настроение. Попробуйте)

 
Здесь, если нет дождя, я пишу "Третье солнце"
24 июля, около двенадцати дня

Подробнее - http://proza.ru/avtor/lauren

.



Трагедия Майкла Джексона - трагедия негра, пытавшегося иметь на лице белую кожу, плюс общечеловеческая трагедия невозможности сохранить молодость. Сто лет назад это блистательно описал Томас  Манн  в "Смерти а Венеции" - только с европейской элегантностью, без американской попсы. Обе эти попытки - и европейца-интеллектуала г-на Ашбе и  американской  звезды массовой культуры   имеют один финал - превращение в клоунов  и латентную любовь к подросткам как к ускользающей жизни. Почему два совершенно разных человека одинаково - в смысле методов, но не стиля - одинаково реагируют на близость смерти?


.

     11 июня 2009 
 
          Сейчас, в  начале 21 века, когда я записываю те события почти двухвековой давности, некоторые сцены я вижу ясно, как на хорошей  и чёткой фотографии, пусть коричневой  и старой, но большой, достоверной, выполненной на серебряной бумаге и хорошим мастером. Другие  события   видны не так ясно – или гроза  и туман  были в какой-то день тогда, или недостаточная моя внимательность и восприимчивость сейчас, но многое   не  столь чётко, как будто при проявке плёнки или  печати фотографии не крепок  уже был проявитель, или смазался на изображении фиксаж.  Сознание человека, его внутренне зрение удивительно – мы можем с открытыми глазами, стоя  в  автомобильной пробке, например, увидеть своё детство, себя маленьким, идущим по дорожке на даче, и свой дом, комнаты, кошку. Можем мысленно, по памяти, обойти вокруг дома, увидеть  деда  и  молодую ещё маму, её улыбку и свою радость. Мы можем вспомнить детских друзей, увидеть свои игры, в точности описать крыльцо дома или свитер своего друга, или какую-то игрушку, например. И всё это – с открытыми глазами, рассматривая людей в кафе или   машины вокруг. Но это то, что реально было, было с  нами. Труднее, труднее несоизмеримо, увидеть то, чего ещё не было, или то, что исчезло навсегда – пятьдесят или пятьсот лет назад.  Длительные упражнения в медитации дают всё же некоторые результаты  - позволяют  сделать это. Внутренний – молекулярный или биохимический механизм процесса мне не известен, да и не важен. Но это возможно - увидеть   то, что кажется   теперь, через два  или три века  уже  несуществующим, увидеть – и   записать это. Так   в этом сочинении - утро в её белой спальне, развод караула на Дворцовой, покос, грозу в усадьбе   Томилиных, Алексея с разбитой головой на диване под взлетающим монгольфьером, да и раньше - разговор падишаха с художником или битву галер при Лепанто – всё это  видел я целиком и записал   сразу, на одном дыхании. Так же было     с  Алексеем и Андреем  на корриде, которая ещё бывала тогда в Венеции, и их жизнь на цепи  гребной  палубы османской  галеры, и ночь в церкви   в сожжённой маленькой нашей Москве.  Совсем другое  - возвращение   Алексея из Рима в Петербург    - складывалось это из   отдельных сцен, фрагментарно. Я видел ясно чёрный блеск и пар локомотивов, блики на зелёном лаке вагонов, даже лицо адмирала-кондуктора – но  не удавалось простейшее - увидеть Алексея в купе  сидящим у окна, или ужинающего в  Ristorante.  Ни двадцать километров на велосипеде под солнцем а потом ледяной душ – и попытка в тишине увидеть всё заново, ни пробуждение в 4 утра от неумолчных птиц  и  концентрация в уединении утреннего ещё сырого сада - все мои тренировки и опыты медитации оказывались бесполезны.  Только потом причина -  по сути курьёзная -стала ясна: железную дорогу построили в Риме в 1856 году, в 1841 Термини ещё не было. Конечно, сейчас это и не особенно важно. Дата взятия Рима варварами, то есть падения Римской империи не достоверна сейчас – мощнейшее событие, свидетелями которого были миллионы, в том же веке трактовалось  уже  с разницей в несколько лет. Важно ли после этого, пятью годами раньше или позже  построили вокзал в Варшаве, например? Приходится   всматриваться,   закрыв глаза всматриваться подолгу в те дни, в их визуальное выражение – и удаётся иногда  разглядеть   улицы, дома,  людей  на мостовой, а приблизившись – увидеть даже их лица,  улыбки. Возникает постепенно звук, двигаться начинают экипажи, мерцают кроны деревьев  – я как будто смотрю сон наяву. Но, создавая всё-таки не сухой протокол, который никому и  не нужен,  а  произведение, надеюсь, художественное, потерянные части мозаики жизни приходится всё же восстанавливать и в воображении – в соответствии с реалиями того дня, разумеется.
          Так, например, я никак не мог  увидеть   ту ночь Алексея, белую ночь в Петербурге, когда после маскарада, сняв парик и камзол, он закрыл на ключ синюю восьмигранную комнату с доспехом самурая, по винтовой лестнице спустился   вниз, через ворота вышел на Васильевскую, повернул на Литейный.  Взял ли он извозчика или долго   шёл пешком – не замечая дома и улицы, иногда сталкиваясь с кем-то? Я не знаю, сколько длился  тот самнимбулический сон,    когда в ослеплении минуты казалось ему потерянным   всё – и цель, и смысл и будущее. Вижу только как уже заполночь вышел он на   набережную, под тусклым небом сидел на гранитных ступенях, смотрел на Неву. Потом прошёл мимо Зимнего - часовые стояли у чёрно-белых будок – повернул к Адмиралтейству, вышел на Невский… Изображение здесь теряется. Пришёл ли среди ночи к другу своему Ясакову, в опрятную маленькую квартиру его с английскими гантелями и золотыми персидскими туфлями, застал ли его дома, или отправился к  Саше Новицкому в апартаменты безалаберные, роскошные, заваленные книгами  и засыпанные сигарным пеплом? Вернулся ли   в  выцветший и пустой гостиничный свой нумер, двумя руками опершись в подоконник смотрел на белую ночь в  окно – только пёс одиноко оглядываясь перебегал Невский  - или запросил   ужин в нумер, курицу с тёртым чесноком и запечённой картошкой, и бордо, например? Ел ли с   горечью, не ел, поедал даже, не чувствуя вкуса и радости трапезы, наливая вино до краёв, выпивая его торопливо, разламывая птицу руками и  салфеткой вытирая уста и, наполнив желудок,  в отупении сытости упал в сон, сон отчаяния  – я не знаю. А может быть рядом с  Невским  зашёл он в заведение, выпив коньяку смотрел раздумчиво и с болью на девиц, думая о другой, а потом удалился с какой-то  - чтобы  лаской животной, молчаливой, жестокой и безрадостной, не зная ни имени, ни скудного мира,  ни души той особи, лёжа на лоне её и извергаясь, обрести животную радость, а потом покой человеческий, недолгий.  Вероятность такая есть, но вероятность небольшая – наблюдаю я этого человека уже два года, и вероятность такого  в ту ночь ничтожна.  Тогда где   был он белой петербургской ночью?

Подробнее http://proza.ru/avtor/lauren

 Позавчера вечером Василиса  вернулась из лондона, а на следующий день утром -экзамен по литературе. Получила 2.  Хорошо, что пока восьмой класс,,,,   Дали тянуть три!!! билета- выяснилось - не читала ни "Капитанскую дочку", ни "Ревизор"!    Это что-то!  А в  оправдание   говорит,   что отсняла там сколько-то - безумно много -гигабайтов фоток- )))  Вот так  -- "комеди-клаб" и  "счастливы вместе" -  с утра до вечера ,  и моя   дочь, особенно не огорчаясь, получает 2 по литературе.  Поражает в этом,  конечно, и моя бывшая(.  И всё-таки почему-то остаётся у меня глубокое, внутреннее спокойствие - это шелуха, это слетит - так, наверное, убаюкивает себя каждый отец?

Просыпаюсь рано, около шести. Если нет дождя-   день на веранде, с перерывом только на тренировку, сварить гречневой каши, заварить  зелёного чаю.  Пишу весь световой день, заставляю себя - всё-таки это оказалось труднее, чем думал в начале - непрерывно выдавать  страницу за страницей текст, и нтересный по форме, и наполненный и драматичный по сюжету, и конкурентоспособный. А судьи кто? Бунин, Набоков, Фейхтвангер, Чехов, Голсуорси.

 
Мавруша со своими  детьми )))

 
Мой сад. Цветут вишни, черёмуха,сливы, тюльпаны. На яблонях только распустились листья. Вечером солидно гудят майские жуки- в Москве не видел их с детства.)

        Ночь музеев - порадовал определённо ВИНЗАВОД. По сравнению с прошлогодней толпой полупьяных тинэджеров, их броуновским движением в полутьме и пыли по пустым пивным бутылкам под ногами– сегодня прогресс громадный. Сказался и платный вход и организация, да и выставки и тусовка в целом гораздо лучше)). Если давешние слухи, что Софья продаст Винзавод остались в прошлом – а при нынешнем кризисе и падении цен сделать это было бы   и не разумно – то есть надежда, что в Москве на ближайшие годы сложится прекрасный арт-комплекс)))), уравновешивая на другой чаше весов, как антипод Винзавода – антикварный пушкинский музей,,,,, туда этой ночью к сожалению заехать не удалось. Проблема с узенькой улицей и парковкой – но в любом случае Винзаводу есть куда развиваться – и вовне, и внутри –под внутри я понимаю, конечно, качество: там есть и Лошак, и Айдан Салахова, и талантливейшая Селина – это внушает надежды)    Но самое поразительное после урбанистических удовольствий – прекрасного стейка, инсталляций, ярмарки взглядов и тщеславия, которая сразу видна в Москве – самое поразительное было потом – это возвращение под утро на дачу. 
      Два часа, даже меньше по пустому шоссе – и совершенно другая эстетика, даже система ценностей. Светало, над озером туман, и сады в белых цветах – цветут вишни, черёмуха, сливы, робко ещё распускаются яблони… где-то пробуют соловьи,,, крутится японское название- «Цветущая ветка сливы в серебряной вазе»,,,,,,,,, Волшебное раннее утро, свежайший и холодный воздух, солнце на дальних облаках, пить кофе на веранде ещё холодно…  
      В каком-то рассказе Чехова есть деталь – некая аффторша читает гостям свой роман и вдруг замолкает – и все слышат, что где-то за рекой поют. И понимают – в простой песне есть жизнь, а в романе той афторши нет… Инсталяции и тусовки канешно развлекли, и это искусственное шапито даже показалось интересными, но,,,,но не надолго)
 

проснулся в 5 с чем-то, лежал с закрытыми глазами слушая дождь. левой рукой наугад, также не раскрывая глаз, взял книгу и раскрыл где придётся- "Камера обскура" Набокова: слепой любил девушку, а она была   рядом с полуголым любовником,и слепой слышал звуши,ощущал присутствие   рядом- а она говорила- никого нет, не волнуйся - достоверно, как в жизни!,,,мастерство, и стиль, и деталь,и напряжение.
что спасает от одиночества- так это Набоков, канешно помимо примитивного- бордо в ванне, какой-то девицы или тренажёров))
почему-то всё время провожу аналогию с ним и "Письмами к самому себе". Что может противопоставить мужчина бессысленности жизни вокруг, что можно противопоставить времени?  --- только две вещи -любовь и творчество.  Когда нет любви возникает стоицизм,,,, наверное это и был один из мотивов, когда зимними вечерами в лесах под Веной - для римлянина это далекий север  - он писал там свою книгу,,, она теоретична, академична что ли. Набоков ближе, он понятнее до дальних закоулков души, до самых тонких мимолётных движений. так мужчина с характером и хорошим вкусом реагирует на мир,так появляются морщины под глазами и его грустные глаза,,,,,,,,но он всё же был счастливчик - рядом любящая и любимая жена,его  друг. всё по-другому когда один и только кошка в ногах, да и жил он не в русской деревне, а в  комфортной стране))),,, Но, думаю,все многие внешние действия,которые я совершал, не столь важны - важнее гораздо победа в жуткой борьбе внутри себя, в способности пройти
между  искушением,алчностью и конюктурой,праздностью и бездействием,,,, бездейстием особенно.

Солнечное утро, уже все сады в листьях и соседние дома,  так досаждавшие убожеством своей "архитектурной"  мысли, скрыты теперь за цветущими сливами, высокими туями и кустами жасмина - не зря,видимо, потрудился 3-4 года назад, насадив их стеной по периметру  открытого пространства с невыкошенными ещё одуванами - т.н. газона))).  Заварил зелёный чай, но на веранде сыро от вчерашнего дождя, пью дома и сажусь за работу. Лето впереди. Интересно будет прочитать это осенью -осознав какие совершил ошибки, и что надо было делать не так , а так... Но в каждую минуту времени СЕЙЧАС  думаешь, что поступаешь правильно - и понимание приходит когда ошибки уже совершены).   Одиночество, невероятное одиночество - не смотря на вншнюю радость, гостей на майские,   и тёплые вечера с вином на веранде.

9 мая,,,, кроме победы в войне 60 лет назад сегодняшней России нечего предлжить миру - коррупция наверху, пяьнство внизу, общая деградация - людей, отношений,производства,,,,день печали, день Пирровой Победы,,,но всё же -Победы!
вчера посмотрел ещё раз Триумф воли - Ленни Рифеншталь,,,,,,,,, наше положение сейчас хуже, чем Германии после Версальского мира - там был народ,знающий чтотакое труд,а не воровство.  И тот ответ сейчас не сработает. А какой?
О прозе дня. Погода дивная, пил зелёный чай на веранде -завтрак) За эту неделю посадил 9 лип, 2 берёзы, 2 краснотала, 1 боярышник, 3 шиповника,11 сиреней. За вчерашний день написал 2 строчки, читать тоже не могу -только работа на солнце.

вот парадокс - сейчас в Переславле-Залесском пишу главу о Риме, как встретился на улице Гоголь - он со Смирновой-Россет ехал на ослике по Корсо)) да-да, по Корсо верхом на ослике))),,,и он писал тогда в Риме "Мёртвые души"). Смотрю римские свои фотки, читаю  Муратова - и почему-то предпологаю, что когда я буду в Риме собирать материал для второго  сочинения - о реинкарнации, Муссолини, Гумилёве, войне в Абиссинии и т.д. - а это займёт, думаю, несколько мсяцев, - то там, в Риме, пробьёт неожиданно писатьо России, уверен в этом даже,,, странно?)

  "Любовь. Бесконечность". 145х195, холст, партитура Моцарта, шелкография, никелевые,медные и латунные монеты, акрил 

 

Вчера в первый по-настоящему тёплый день пробежал 11 км) - вдоль озера   до дальнего леса и обратно.Обратно почти полз -а сосед мой бегает каждые выходные зимой и летом  и ничего. Гиподинамия за зиму и сразу такая дистанция) - писание в одиночестве романа на даче- нагрузка канешно психологическая, а не на мышцы ног). 
А в Москве в Президент-отеле тем временем выставили мою работу- "Любовь. Бесконечность" -приятно)

Выложил несколько эссе на странице  http://proza.ru/avtor/lauren

Утро,  10.57, с чашкой кофе я сижу за ноутбуком в белой пустой  комнате с эркером, ставшей теперь "кабинетом",  и смотрю, как за начавшими желтеть полями ветер гонит белые гребни волн по Плещееву озеру. Буруны волн, кажется, как на море -такой сильный ветер. Из-за могущих облаков иногда на минуту появляется солнце - и пейзаж  мгновенно меняется - объёмными стновятся стриженные шаром и конусом туи, ещё зелёные яблони и дальние ивы.
Москва, Нью-Йорк,пробки, банкротства Леман-бразерс - всё далеко. Здесь огромное небо, озеро внизу холма, сильный ветер, иногда довольно противный мелкий дождь порывами, ноутбук - и огромный объём работы.  Торопят поскорее  закончить сочинение -  "Его сиятельство, Пашка и борзая" , положить на стол - т.е. переслать электронкой.  Сейчас в Риме герой встречает Гоголя едущего по Корсо на ослике, а в Москве лилипут в цирке убил любовницу. Ещё не замуровали человека в фундамент Александринки, ещё не вернулся Алексей в свою усадьбу  и не застал Пашку в изумляющем грехе...  - а уже пишу понемногу синопсис нового сочинения - но для него надо  собирать материал, ехать в Рим и  Адисс- Абебу...

выйдя из СНГ этот Саака-Швили использовал, вероятно,последний пропагандистский козырь. Теперь наши- если хватит ума - не пойдут дальше границ Осетии и Абхазии и 400тыщ -или скоко их?-  несчастных грузинов-гастарбайтеров как граждан уже чужого государства можно будет депортировать домой. Это создаст там многочисленный горючий элемент - как демобилизованные наполеоновские офицеры на половинном жалованье при Бурбонах. Паралельно зафиксировать и показывать миру бесчинства грузинов над Осетией - недели через 3-4 режим этого авантюриста слетит,,,,,,,,,,,,,,,,,,, и ещё одна деталь - мир-и грузины в том числе - видели как этот персонаж  побежал)))  - как заяц, как трус))) - и это Президент Грузии?  - дерьмо!

  Хорошо наверное в Австралии, или  Канаде... - они Империй не строят))).............только скушно)

Господа!  Ещё одна глава. Подробнее - http://www.proza.ru/author.html?lauren.  Ваше мнение?

Нога во французском ботинке ручной работы пошарила, не дотягиваясь, землю, наконец нащупала сухую пыль дороги,  и из чёрного полированного джипа вывалился  округлый человек в мешковатых джинсах и голубой рубашке,  натянутой на круглом животе  – Юсуф. Андрюша и охранники вышли с другой стороны. Юсуф прищурился на солнце, надел чёрные очки, пошёл вразвалку к крыльцу  усадебного дома.

         - Ну что, Андрюша, это и есть твой дворец?

         Андрей с сомнением посмотрел на крапиву в дырах окон, на облупившуюся штукатурку пилястров:

         - Восемнадцатый век. Капители коринфского ордера…- Чувствуя что говорит не убедительно, и что Юсуф его не понимает, добавил твёрдо – Главное что стены стоят, и вид – вон какой. Восемнадцать гектаров, сад, аллеи, и всё такое…

        Юсуф посмотрел на дальние поля, на солнечный луг, на заросли полыни, покачал головой.

        - Что за люди, не пойму – всё брошено. Фу, жарко…  А внутри что? Как войти туда?

       Перед красной помпеянской фреской он остановился, долго рассматривал девушек.

        - Но это закрасить надо, или обои наклеить, да?  Как дети спросят – папа, что они делают? А? Что скажу?

        « Клюнул!»- подумал Андрюша, вслух добавил – Да тут, похоже обои и были, уже заклеивали раз.

        - Такую красоту сгубили, а… – Юсуф смотрел на лепные  карнизы, на синее небо в провалившемся потолке. – И сколько денег на это надо… Где мастеров найду, а?

       - Зато потом рай будет.

       Обошли весь дом, сели в машину и объехали парк, сад, поля – всю усадьбу. Юсуф молчал, качал головой, когда уже повернули уезжать,  сказал – Останови.  Через всю аллею, молча  смотрели на дом.

       Пустой, одинокий, разорённый, он стоял за лугом, с молчаливым и редким   достоинством перенося  выпавшую ему судьбу,  помнивший о тех кто жил в нём, готовый и медленно   умереть, и дать тепло и счастье тем кто ещё будет его любить.

      Юсуф смотрел долго, молча шевеля жирными губами и будто считая в уме что-то.

       - Ладно, поехали. А эта дорога куда ведёт?

       - Там   село. Тоже земля продаётся. Что, посмотрим?

«Новое Томилино» стоял указатель на развилке, примерно в том месте, где среди поля Алексей увидел рояль, где под таким же бесконечным небом они с Андрюшей нескладно но радостно пропели О солее мио…

         Кустом росла рябина, к  двухэтажным  домам из  силикатного кирпича тянулась на столбах   жёлтая газовая труба,  сушилось  бельё, на  кривых   сараях прыгали  дети. Кошка кралась вдоль лужи, испугавшись,  юркнула под  ржавый остов Жигулей в лопухах.

От развилки повернули вправо, скоро за лесом показался деревянный дом. У разрытой глиняной траншеи  два мужика обедали на солнце.

        - Слышь! – Андрей высунулся из окна - А где тут Томилино?

        - Оно и есть – надкушенным огурцом мужик показал вокруг – А вам кого надо-то?

       - А вот поле, от Томилина к усадьбе Шлюз – это какое?

       Мужик положил на хлеб толстый кусок варёной колбасы, откусил, прожёвывая стал смотреть по сторонам, наконец ответил:

      - Так ты с него и приехал. Дома каменные видал, с  газом которые? Вот от них.

А  малину не купите? А то осыпается вся…

      - Ладно, поехали, слушай. – Юсуф уже занервничал – Это не то всё.

      - Клубника-то сошла, а вишни уродилось много. Так   я принесу? По двадцатке банка.

       Через минуту мужик уже пересыпал малину в пакет, круглый Юсуф начал есть.

       - Самовары-то я давно продал - ездили тут всё раньше, скупали. Теперь ничего нету… Ты пакет-то ровней держи… Тут раньше-то  - у! Сто семь домов было… А вот этот, я слыхал, барина дом. Мне бабка ещё говорила.   – Мужик придвинулся ближе, заговорил тихо – А вот число есть – 666. Слыхали? А значит оно знаешь что? Бабка-то старая была, а я маленький – а помню.

        - Малина у тебя хорошая. И что значит?

        - А значит оно вот что… Владимир Ильич Ленин. Во как!  - Мужик повел бровями, таинственно отошёл на шаг.  – Вы это… на красненькое-то найдётся у вас?

       - Спроси его, прямо проедем?

   Дорога опять полями. Справа у перекрёстка шоссе строился какой-то длинный   корпус, склад или завод. Десятка два подростков – вблизи оказалось вьетнамцев – сидело у шлагбаума.

         - Ну что,  Андрей. – Юсуф съел ещё пригоршню малины, отряхнул руки – Что скажешь? – Юсуф достал телефон, стал набирать номер. – Не отвечает… Сколько с Венецией разница – два часа? Где же  шеф твой, а?  Так что Андрей, сколько времени ты бумаги готовить будешь?

         - Решили? Берёте?

         - Нет, не отвечает…- Юсуф послушал ещё немного, закрыл телефон. -  Да, беру твою усадьбу, всё!

         - Вот это…дело! Ну, неделю, не меньше. Надо ещё…

         - Алло, Алексей! Что трубку не берёшь, а?

Голос в телефоне отвечал ясно, слышался даже шум улицы вокруг:

         - Юсуф,   я собирался вам звонить… значит так. Тётки этой нет, будет  через неделю, дней через десять даже – это если я правильно понял. Я и звонил, и по адресу был – там у неё слуга, сомалиец, он по-английски не очень… В Риме она, говорит. Алло, Юсуф, слышите? Завтра в Москве буду, всё расскажу.

         - Как  в Москве?  Что за звук такой - ты на пляже что ли?

         - Вода плещет…В гондолу сажусь, прокатиться.  Грацие, аванти…   Это я этому…У меня дела  есть, работа, Юсуф.   Я   неделю просто так  ждать не могу, сорри.

         - Подожди-слушай… Я тебе оплачу, ты в Москву не езди,   дело сделай.

         - Дело…Тогда – или  в Рим ехать  её искать, или  здесь неделю ждать.

         - Смотри сам.  Я тебя прошу только - дело сделай. Ок?

         - Ну, ок.

         - Аллах акбар!

         - Во истину акбар!  

Алексей закрыл телефон, сунул   в кармин светло бежевых брюк, откинулся на скамейке и закрыв глаза сделал долгий глоток вина.

        Гранд-канал  двумя кулисами дворцов медленно двигался навстречу, лодки и гондолы скользили мимо, слышалась музыка.

         Солнце светило сквозь лёгкую белёсую дымку, не пекло.

         Как узник вырвавшийся из тюрьмы-больницы, он наслаждался каждой минутой, мгновеньем – в белой расстёгнутой рубашке с засученными рукавами, праздно вытянув ноги он сидел на скамье гондолы,  время от времени   из бутылки  попивая борделеро, улыбаясь красоте палаццо, людям во встречной лодке, бликам солнца на воде, праздности и свободе, музыке жизни Венеции.

         Утром, побрившись, он  смотрел на часы – на его Брегете  было ещё московское время – и  он не перевёл время, он просто оставил часы у портье.

         Запах моря, йода и водорослей,  Пьяцетта, кофе в крохотных чашках, звук крыльев голубей, праздная летняя толпа, звон колокола на часах с маврами, солнце и тень на воде каналов, магия старых стен, византийское золото мозаик…

          Так прошёл день, другой.

          Он  вспомнил о книге, которую дала Аня перед отъездом – «Там   почитай на досуге» -  мостиками и дворами вернулся в отель, нашёл  на дне дорожной сумки  - Бродский, «Венецианские тетради»

          Под белым зонтиком он сидел в кафе, но читать о зимней Венеции было скучно. Рядом на каком-то славянском языке щебетали две девушки, оказалось чешки,    из Праги. Рассказав   с детским восторгом, как они были в мастерской, где шьют  карнавальные платья и маски,  они  допили кофе,  перевернули чашки и долго смеялись над чёрными разводами гущи,  потом послали   воздушный поцелуй и   исчезли – и  он сразу забыл  о них, как забывают летом о пролетевшей ласточке.

        Несколько музыкантов  расположились на каменных ступенях напротив и  неожиданно громко  заиграли  что-то бравурное, оперное, он не узнал, а потом увертюру из Риголетто. В футляр от скрипки как обычно бросали деньги,   шла праздная толпа, солнце сверкало на ряби лагуны, и у мавров опять прозвонил колокол…

         Времени не было, не было России, проблем, денег – только это мгновение, только эта сигара, блики солнца, очень крепкий и сладкий кофе, ноги положенные нога-на-ногу, воробей  и  крошки пирожного на  скатерти соседнего стола…

         Какой-то парень,  похожий на того сомалийца, с дредами и в браслетах остановился рядом, глядя в сторону предложил покурить. Он отказался. Музыканты опять заиграли что-то оперное. Кто-то прошёл, говоря по-русски.

         Гондолы растворялись на солнечной дорожке, возникали вновь,  официант в белом  фартуке   третий раз  через колотый лёд налил  холодную  воду  в  тягучий анисовый ликёр.

        Он открыл в телефоне калькулятор, посчитал свои расходы за день, умножил на семь. Подложив книжку Бродского записал на салфетке. Потом посчитал свою комиссию по Золотому, прикинул сколько на торгах будет стоить усадьба, свои проценты по усадьбе. Потом приплюсовал комиссию от двух сделок в офисе –  это пустяки, но всётаки…

         А месяц в целом получался неплохой, совсем неплохой. Великолепный даже! Таких бы пять-шесть, и можно   спрыгнуть с темы, поселиться где-нибудь в Лондоне…нет, в Лондоне дорого -  а вот в Чехии, или Вене… Н-да, на прекрасном голубом Дунае…

        Опять появился тот парень похожий на сомалийца, опять они встретились глазами и Алексей чуть заметно кивнул. Парень кивнул в ответ и неторопясь отошел. Алексей подозвал официанта, расплатился, встал из-за столика.

Официант в белом фартуке, смуглый темноволосый парень похожий на матадора, поставил на поднос чашку из-под кофе, большую пустую рюмку с медалью  жёлтого ликёра на дне, поменял пепельницу и поднял уже поднос, но тут увидел книгу на стуле рядом.  Он открыл её, посмотрел на странные русские буквы, пролистал и наткнулся на сложенный вдвое листок. Официант поставил поднос на стол, развернул листок и увидел распечатку, похожую на страницу  из Интернета:

 

ОТВЕТЫ ДЕТЕЙ НА ВОПРОС, ЧТО ТАКОЕ ЛЮБОВЬ?

 

1. Когда у бабушки начался артрит, она не могла больше нагибаться и красить лаком ногти на ногах. Тогда дедушка стал делать это для нее, даже после того, что у него тоже начался артрит в руках. Это любовь.

Ребекка, 8л.

2. Когда тебя кто-то любит, он произносит твое имя по-особенному. Твоему имени уютно у него на язычке.

Билли, 4г.

3. Любовь - это когда ты делишься своей жареной картошкой и не ждешь, чтобы с тобой поделились тоже.

Крисси, 6л.

4. Любовь - это то от чего ты улыбаешься, даже когда устал.

Терри, 4г.

5. Любовь - это когда мама варит папе кофе и сперва пробует сама, вкусно ли получилось.

Дэни, 7л.

6. Любовь - это то что оказывается вместе с тобой в комнате на Рождество, если ты перестанешь разворачивать подарки и прислушаешься.

 Бобби, 5л.

7. Любовь - это когда ты говоришь мальчику, что тебе нравиться его рубашка и он начинает носить ее каждый день.

Ноэль, 7л.

8. Любовь - это как старенькие дедушка и бабушка, которые до сих пор друзья, даже после того, что они так хорошо друг друга узнали.

Томми, 6л.

9. Любовь - это когда мама дает папе лучший кусочек курицы.

Элейн, 5л.

10. Любовь - это когда мама видит папу грязным и потным и все равно говорит, что он красивее, чем Роберт Редфорд.

Крис, 8л.

11. Любовь - это когда твой щенок тебя облизывает даже после того, как ты его оставил одного на целый день.

Мари Энн, 4г.

12. Когда ты кого-то любишь, у тебя ресницы распахиваются и из-под них вылетают звездочки.

Кэрен, 7 л.

 

13. Не надо говорить "я тебя люблю", если это не так. Но если это правда - повторяй это почаще,

а то те кого ты любишь могут забыть.

Джессика, 8л.

 

Официант крикнул Алексею в след,  показал томик Бродского – Алексей оглянулся, остановился на миг,  будто вспоминая что-то, и  махнул рукой – не надо!

      Странные буквы у этих русских – некоторые как наши, а некоторые совсем другие.  

       - Фабрицио! Чем ты занят? – седоватый сеньор Джителли, в белой рубашке и чёрной бабочке стоял заложив руки за спину и наблюдал за своим официантом –Добрый день,  господа – он улыбнулся  бодрой немецкой семье – Одну минуту! Фабрицио! Ещё этот столик!

         Официант   поднял на одну руку поднос с посудой,    взял книгу.

         - У меня две руки, сеньор Джованни.  – Он счастливо улыбнулся – И не забудьте - я   эту неделю без выходных… - Он не знал русского языка и поэтому книгу решил взять домой, для экзотики. Сделанную Аней распечатку, видя что это не деловое письмо и не документ, он  скомкал  мимоходом и бросил на кухне в мусорный бак.

 

Сейчас в нете посмотрел сайт  о Царицыно... много больших фоток "реставрации", подробных фоток - это ужас!
Может быть лично воспринимаю - там на даче прошло моё детство. В тех руинах  дворца мы   играли, зимой катались на лыжах - и вокруг никого! Летом, правда, появлялись альпинисты. Есть целый альбом фоток-ещё чёрно-белых - как Царицыно выглядело...В церкви Живоносный источник крестил свою дочь Василису...
Белые   инсуллы вокруг   только начинали строиться. 
И вот парадокс - давно знал что там "отреставрировали" - и ни разу не был!  Не могу! обдаёт такой волной пошлости, лушковщины, какой-то наглостью плебеев-воров. Понимаю,это бизнес - за каждым покрашенным кирпичём - откаты и приписки, и воруют везде -и во Франции, и в Швейцарии... 
Но был бы результат, а не то что они сделали...

 

Давно пора опровергнуть также слухи о том, что нынешния Папа Римский и Чикатило - родные братья. Это безосновательно -потому как если мать нынешнего понтифика действительно была русской эмигранткой, то мать Чикатило оставалась в России, а в эмиграции по-видимому  была её сестра. Следовательно Бенедикт16 и Чикатило не братья, а максимум  двоюрные братья.
Родственники этого Римского Папы были, по исследованиям академика Стебова, теми самыми армянами, которые командовали конницей у Мамая в Куликовскую битву, и остановили атаку, чтобы наёмная арийская пехота смогла занять позиции - и тем самым спасли Дмитрия Донского.

О российском кино, деньгах и искусстве